Общественная палата Общество

В ОП Кузбасса дали отрицательную оценку законопроекту о молодежной политике

Общественники провели экспертизу документа и направили заключение в ОП РФ

В ОП Кузбасса дали отрицательную оценку законопроекту о молодежной политике

В связи с принятием Федерального закона «О молодежной политике в Российской Федерации» Общественная палата Кемеровской области — Кузбасса провела экспертизу проектов федеральных законов: № 993419-7 «О молодежной политике в Российской Федерации»; № 993434-7 «О внесении изменения в статью 4 Федерального закона «О государственной поддержке молодежных и детских общественных объединений» и признании утратившим силу Постановления Верховного Совета Российской Федерации «Об Основных направления государственной молодежной политики в Российской Федерации».

Рассмотрение вопроса о формировании и реализации государственной молодежной политики в Российской Федерации идет с 1993 года и по настоящее время. Особое внимание уделяется полемике вокруг принятия федерального закона о государственной молодежной политике. К началу 2020 года в субъектах РФ действовал 61 орган, в названии которых использовалось слово «молодежь» или словосочетание «молодежная политика», либо «дела молодежи». В 24 субъектах РФ вопросы государственной молодежной политики были в указанный период возложены на органы исполнительной власти, в названии которых не использовалось слово «молодежь» или словосочетание «молодежная политика».

Региональная Общественная палата считает, что необходимость работы с молодежью в едином правовом пространстве актуальна и принятие закона, регулирующего деятельность в сфере молодежной политики на уровне Российской Федерации, очевидно.

Однако, в ходе проведения общественной экспертизы законопроекта большинство членов Общественной палаты Кемеровской области — Кузбасса отметили, что законопроект в представленной редакции содержит некорректную формулировку предмета регулирования, не позволяющую однозначно определить требующие упорядочивания общественные отношения. Положение статьи 1 о том, что Федеральный закон определяет цели, принципы, основные направления и формы реализации молодежной политики, а регулирует отношения, возникающие между субъектами, осуществляющими деятельность в сфере молодежной политики, при формировании и реализации молодежной политики в Российской Федерации, выглядит противоречивым.

Запутанность предмету правового регулирования молодежной политики придает и статья 3, в которой устанавливается, что отношения в сфере молодежной политики регулируются федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов РФ и муниципальными правовыми актами, содержащими нормы, регулирующие отношения в сфере реализации прав молодежи, при этом в проекте закона не дается необходимая расшифровка соотношения между словосочетаниями «сфера молодежной политики» и «сфера реализации прав молодежи».

В ходе обсуждения было отмечено, что словосочетание «сфера реализации прав молодежи» в настоящий момент не используется ни в федеральных законах, ни в федеральных подзаконных актах.

Региональная Общественная палата полагает, что необходимо уточнить — какие из действующих нормативных правовых актов будут отнесены к сфере реализации прав молодежи и одновременно к сфере молодежной политики.

На сегодняшний день принятые субъектами Российской Федерации законы о молодежной политике действуют в отсутствие единого системообразующего подхода, в связи с чем наблюдается разница в регулировании основополагающих аспектов сферы молодежной политики, что, в свою очередь, создает трудности в работе органов государственной власти и органов местного самоуправления, в деятельности различных молодежных структур, молодежных объединений, иных заинтересованных юридических и физических лиц на территории России.

Члены ОП КО считают, что указанный тезис не может быть полноценным и достаточным основанием для внесения указанных законопроектов. Подпунктом «е» части 1 статьи 72 Конституции РФ общие вопросы молодежной политики находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Поэтому мнение о необходимости жесткой централизации и отсутствии «системообразующего подхода», как недостаток существующей молодежной политики, не бесспорен.

Кроме этого, члены Общественной палаты отметили, что прикладной аспект законотворческой новеллы проектов реально представлен в увеличении возраста «молодого гражданина» с 30 до 35 лет. Если законопроект будет принят, его нормы, в силу приоритета федерального законодательства над правовыми актами субъекта РФ, будут являться ориентиром для всех нормативных актов. Таким образом, в проекте устанавливается юридическая открытость молодежного возраста, что лишает его направленности на конкретную социальную группу.

Рассматривая законопроект № 993419-7, эксперты указали, что в нем не усматривается временных параметров действия предлагаемой нормы: неясно, предполагает ли проект обратную силу? могут ли граждане, которым было отказано в участии в программах по причине достижения ими максимального возраста (30 лет), обращаться вновь?

Также члены Общественной палаты сошлись во мнении, что название законопроекта не отвечает сложившейся в стране законодательной практике. Использование словосочетания «молодежная политика в Российской Федерации», а не «государственная молодежная политика в Российской Федерации» и «молодежная политика субъекта Российской Федерации» фактически расширяет предмет регулирования до отношений, возникающих в формировании и реализации не только государственной молодежной политики, но и муниципальной, корпоративной, партийной, молодежной политики профессиональных союзов и иных общественных объединений, других негосударственных организаций.

Также члены региональной Общественной палаты отметили, что термин «молодежь» и «молодые граждане» нуждается в корректировке. Во-первых, в качестве основного признака молодого гражданина, законопроект называет гражданство РФ. Из этой формулировки следует вывод о том, что только граждане РФ могут являться молодыми и молодежью. Во-вторых, указание на гражданство создает препятствие на получение иностранными гражданами и лицами без гражданства мер государственной поддержки, в том числе в случае вступления их в брак с гражданами РФ.

Понятие «молодая семья» определена проектом, как брак лиц, не достигших 35 лет, либо один родитель, усыновивший или имеющий ребенка (детей). Однако, данная формулировка не отвечает на вопрос, как быть с семьей, где один из супругов не достиг, а второй достиг возраста 35 лет? В этом случае, получается, что семья не считается молодой. А если молодой человек живет с одиноким родителем или бабушкой (дедушкой)? Это не молодая семья или вообще не семья? Кроме того, в статье 6 законопроекта, на которую делается ссылка в п.2 ст. 2, говорится о «членах молодых семей», однако, этот термин в законопроекте не раскрыт.

Кроме этого, по мнению участников экспертизы, в законопроектах имеются несоответствия, которые в целом приводят к концептуальному непониманию задач данного закона, например: введение термина «инфраструктура молодежной политики» и отсутствие в тексте, что данная инфраструктура из себя представляет (ст.2); отсутствие понятия «работа с молодежью» в числе основных понятий, используемых в настоящем Федеральном законе (ст.2); смешение действий и задач в основных направлениях реализации молодежной политики, пересечение некоторых основных направлений друг с другом (ч.1 ст.6); «нестыковки» между отдельными целями, принципами и основными направлениями молодежной политики (ст.4-6); отсутствие норм для реализации принципа «использование комплексного, научного и стратегически ориентированного подхода при формировании и реализации молодежной политики» (ст.5); отсутствие в проекте детских общественных объединений, что в последствии приведет к нарушению их прав (п.16 ч.1 ст.6); введение в проект специальной статьи, посвященной информационному обеспечению реализации молодежной политики, но отсутствие аналогичного внимания к другим формам обеспечения реализации молодежной политики — научному, программному, организационному, кадровому, финансовому (ст.11); представление мониторинга реализации молодежной политики как систематического стандартизированного наблюдения только за положением молодежи, молодых семей и молодежных общественных объединений при этом фактическое исключение из объектов мониторинга детских общественных объединений, органов молодежного самоуправления и организаций, относящихся к субъектам в рассматриваемой сфере (ч.1 ст.12); в полномочиях органов местного самоуправления предусмотрено участие в реализации молодежной политики, но формы такого участия не указываются (п. 1 ст. 10) и др.

В законопроекте отсутствует информация об органах по делам молодежи, об установлении их полномочий. Члены Общественной палаты Кемеровской области — Кузбасса сходятся во мнении, что в проекте отсутствует единый категориальный аппарат государственной молодежной политики, понятие «молодежная политика» создаст проблемы для правоприменительной практики, т.к. противоречит всем понятиям государственной молодежной политики, используемым в действующем законодательстве. Текст законопроекта содержит неопределенные формулировки, допускающие различные толкования («иной характер», «активное межведомственное взаимодействие», «возможности для улучшения своего положения», «достижение устойчивого социально-экономического развития», «глобальная конкурентоспособность»), вступая тем самым в противоречие с неоднократно выраженной правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, в соответствии с которой вводимые федеральным законодателем юридические понятия должны отвечать критериям определенности, ясности и недвусмысленности.

Одним из существенных недостатков законопроекта, на взгляд экспертов, являются то, что в нем не говорится о необходимости увеличения размера бюджетного финансирования мер государственной поддержки молодежи, тогда как количество граждан РФ, которые могут считаться молодежью, и срок оказания им помощи увеличивается (на 5 лет).

По итогам проведения общественной экспертизы члены и эксперты Общественной палаты Кемеровской области — Кузбасса не дали положительной оценки представленной редакции законопроекта и направили свои замечания и предложения в адрес Общественной палаты России.

Пресс-служба Общественной палаты Кемеровской области — Кузбасса

Источник: Общественная палата

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован.