Интервью Дмитрия Медведева ВГТРК
Политика Председатель Правительства Российской Федерации

Интервью Дмитрия Медведева ВГТРК

Председатель Правительства ответил на вопросы ведущего программы «Вести в субботу» Сергея Брилёва по итогам визита в Узбекистан.

Интервью Дмитрия Медведева ВГТРК

Интервью Дмитрия Медведева ВГТРК

С.Брилёв:
Дмитрий Анатольевич, я, когда посмотрел на повестку Ваших переговоров, меня
одна штука удивила. Скажите, зачем в Узбекистане филиал Московского
инженерно-физического института?

Д.Медведев:
Узбекистан
вообще сейчас открывает для себя двери в различные российские университеты,
российские вузы. А если говорить о МИФИ и вообще о ядерной проблематике, то мы
сейчас готовимся к строительству атомной станции здесь, и уже утверждены даже
некоторые параметры, в частности место для строительства АЭС. И об этом сегодня
были переговоры.

С.Брилёв:
А год открытия примерно какой?

Д.Медведев:
Это небыстрый процесс. Нам нужно до конца этого года подготовить так называемое
генеральное соглашение о строительстве атомной станции определённого дизайна.
После этого, естественно, посчитать параметры, в том числе экономические
параметры, потому что это дорогостоящая история. И уже в результате этого
возникнут и временные параметры строительства. Но строительство АЭС очень
быстрым не бывает, потому что это чрезвычайно сложный технологический проект. И
в то же время – я сегодня об этом говорил и Президенту Узбекистана, и
Премьер-министру Узбекистана – это признак доверия между странами, это означает
особые партнёрские отношения. И это, кстати сказать, будет первая атомная
станция в Центральной Азии.

С.Брилёв:
Наши отношения ещё называются союзническими, хотя  Узбекистан не входит в
ОДКБ. А в Евразийский союз узбеки войдут, как Вам кажется?

Д.Медведев:
Это зависит от их позиции. Мы всегда исходили из того, что мы никого не
напрягаем, что называется. Но в то же время двери Евразийского союза открыты
для наших партнёров, и в этом есть известные преимущества, потому что в этом
случае начинают распространяться на участников Евразийского союза определённые
льготы и преференции, которые существуют именно для членов нашего Евразийского
союза. Но, конечно, это внутреннее дело каждого государства. Наши друзья из
Узбекистана пока просто присматриваются к тем процессам, которые идут.

С.Брилёв:
И я возьму на себя смелость и предположу почему. Если даже когда-нибудь будет
принято такое решение, потребуется известный переходный период, потому что всё-таки
уровень жизни пока разный в Узбекистане и в России, и в значительной степени – в
остальной части Евразийского союза.

Интервью Дмитрия Медведева ВГТРК

Д.Медведев:
Вы знаете, я считаю, что как раз мы на себя взяли довольно важные, серьёзные
обязательства, когда включили в состав Евразийского союза государства, которые
тоже имеют переходную экономику, сложную.

С.Брилёв:
Киргизия.

Д.Медведев:
Киргизия, да и Армения. Это всё-таки страны с определёнными экономическими
проблемами, это развивающиеся экономики. Да, откровенно говоря, у нас у всех
есть экономические проблемы, поэтому я не вижу в этом ничего страшного. Вопрос
именно в том, на каких началах государства заходят, какие цели преследуют. Но
мы эти вопросы готовы обсуждать.

С.Брилёв:
Применительно к Узбекистану тем не менее в общественном мнении это
ассоциируется и с тематикой (я не говорю «проблемой») миграции. Она является,
безусловно, следствием того, что уровень жизни всё-таки разный. Позвольте мне
вопрос-провокацию. А мы не будем для граждан Узбекистана визы вводить?

Д.Медведев:
Нет, конечно. Мы и сейчас являемся и друзьями, и партнёрами. И действительно,
стратегически связаны экономики, и за последние несколько лет отношения
получили очень мощный старт, новые инвестпроекты появились – типа того, о чём
мы с Вами говорим.

С.Брилёв:
Атомные станции.

Д.Медведев:
Атомные станции. Это такой, извините, апофеоз сотрудничества.

С.Брилёв:
Если сохранять безвизовый режим – не если, а коли он сохраняется, – то как всё-таки
упорядочить миграционные потоки? Я посмотрел: сейчас вроде какие-то пилотные
проекты запущены в Татарстане, в Красноярском крае, по-моему, в Ленинградской
области. О чём идёт речь? Как бы это действительно можно было сделать
правильнее? Потому что очевидно, что всё-таки бизнес не всегда в достаточной
степени ответственен, для того чтобы всё происходило прозрачно, по всем
правилам, прописанным в законодательстве.

Д.Медведев:
Вы знаете, проблемы миграции так или иначе существуют с очень многими странами.
И мы в партнёрском ключе эти вопросы обсуждаем. В этом участвуют с нашей
стороны МВД и Министерство иностранных дел, соответствующие службы у наших
партнёров. Есть для этого разные инструменты, включая (это, кстати, относится и
к нашим друзьям в Узбекистане) проекты договоров о так называемом оргнаборе,
когда такого рода отношения подвергаются нормированию. Есть и другие.

С.Брилёв:
То есть, коли нужна рабочая сила в России, здесь происходит отбор тех, кто
поедет, отработает, вернётся?

Д.Медведев:
Во всяком случае, это упорядочивается. Да. И такие инструменты используются.
Это и соглашения, касающиеся оргнабора, и, с другой стороны, необходимое
соглашение о реадмиссии, целый ряд других инструментов.

С.Брилёв:
Вы это обсуждали сейчас, в ходе этого визита?

Д.Медведев:
Мы разные вопросы обсуждали. Может быть, эти темы – даже в меньшей степени,
поскольку концентрировались на экономической проблематике. Но они всё время в
повестке дня, наши ведомства обсуждают их.

С.Брилёв:
Дмитрий Анатольевич, к моменту, когда это интервью будет в эфире, Вы ещё и в
Ашхабаде побываете, на встрече совета премьер-министров СНГ. В принципе, если
вдуматься, необычная история, потому что ещё несколько лет назад Туркменистан
дистанцию держал с СНГ, позиционировал себя как ассоциированный член, а теперь
принимает встречу премьер-министров стран СНГ. Тем не менее когда-то в СНГ было
12 стран, а сейчас де-факто 10. Вышли грузины, и украинцы всех своих отозвали.
Вообще у СНГ будущее-то есть?

Д.Медведев:
Безусловно. Я часто этот вопрос слышу и на него одинаково отвечаю. У СНГ есть
будущее. И дело не только в том, что, как раньше обычно говорилось, это некая
цивилизованная форма развода между бывшими республиками Советского Союза. Нет.
Сегодня СНГ – при всех сложностях, издержках, нюансах – это всё-таки реально
работающий проект. Действительно, в СНГ есть разные участники, кто-то участвует
как ассоциированный член, кто-то – как полноценный член. Более того, документы,
которые мы вырабатываем, кто-то подписывает сразу, кто-то – с некоторой
отсрочкой, кто-то подписывает с оговорками, но это всё равно создаёт определённую
и вполне в целом работоспособную ткань отношений. Что я имею в виду? Несмотря
на сложности, мы всё-таки подготовили и подписали, и сейчас между странами – участниками
СНГ работает специальное торговое соглашение, то есть соглашение о свободной
торговле. Это инструмент, позволяющий решать массу вопросов.

Плюс к этому у СНГ есть
очень большая нормативная база, которая плюс-минус, но всё-таки позволяет нам
решать спорные вопросы. Всегда есть возможность отослать к тому документу,
который странами или как минимум прорабатывался, или тем более был подписан,
для того чтобы сказать: давайте мы, например, вопросы интеллектуальной
собственности будем решать вот по такому законопроекту или по такому
соглашению.

Интервью Дмитрия Медведева ВГТРК

С.Брилёв:
То есть это не церемониальные сборы?

Д.Медведев:
Нет, это не церемониальные сборы. Наверное, уровень интеграции в формате СНГ не
такой, как в Евразийском союзе…

С.Брилёв:
Возникло несколько скоростей.

Д.Медведев:
Да. Но это обычная история. Это, как мы говорим, разноскоростные треки
интеграции.

С.Брилёв:
Я себе позволю сказать, что это даже не обычная, а хорошая история, потому что
в Европейском союзе все шли единой колонной …

Д.Медведев:
И шли – мы помним, сколько лет.

С.Брилёв:
Да, сколько лет и какой кризис сейчас.

Д.Медведев:
Потребовались десятилетия с момента провозглашения Союза угля и стали и до
момента формирования полноценного Европейского союза.

С.Брилёв:
 А здесь сразу есть возможность
по-разному двигаться.

Д.Медведев:
А здесь мы можем по-разному двигаться. Кто-то может посмотреть, как идут
процессы в Евразийском союзе, и подумать о том, чтобы присоединиться к более
тесному такому интеграционному объединению. Это абсолютно нормально. Так что, я
уверен, у СНГ в этом смысле есть будущее.

С.Брилёв:
Я упомяну ещё одну страну – Украину. Тем более ирония судьбы состоит в том, что
то самое соглашение о свободной торговле в СНГ в своё время сильно
лоббировали-то как раз украинцы.

Д.Медведев:
Так и есть.

С.Брилёв:
Перед первым туром выборов на Украине к Вам приезжал Медведчук – по газу.
Сейчас вновь избранный Президент, ставший Президентом Зеленский, лишил
Медведчука статуса переговорщика, с одной стороны. А с другой стороны, в
четверг, когда мы с Вами говорим здесь, в Узбекистане, в Киеве Рада отказалась
отправить в отставку премьера Гройсмана. Так с кем говорить-то? Было ощущение,
что, может быть, сейчас будет перевёрнута страница, а нет.

Д.Медведев:
Если Вы обратили внимание, сразу же после выборов я поделился своими ощущениями
в социальных сетях. Я сказал, что у меня нет никаких иллюзий по поводу риторики
новой власти и определённых, уже сформировавшихся трендов. Пока мы ничего
нового не видим. Но я не хочу забегать вперёд. В конечном счёте это всё в руках
нового Президента, новой власти. Если они захотят какие-то шаги сделать, они их
сделают. Заявления, которые звучат сейчас из Киева, очень противоречивы. Вроде
как они хотели бы возобновить определённые процессы на базе Минских соглашений.
В то же время это сопровождается весьма устаревшей и, скажем прямо, набившей
оскомину риторикой: вот это, это, другое, третье… Но действий мы пока никаких
не видим. Давайте запасёмся терпением. Что касается каналов общения, это дело
украинской власти – какие им удобны каналы, пусть такие и используют. Но,
исходя из общепринятой практики, всегда нужно иметь несколько каналов общения,
и отрезать какие-то каналы – это недальновидно.

С.Брилёв:
Но они сейчас какие-то сохраняются, с уходом Медведчука?

Д.Медведев:
У нас есть и, во-первых, сохраняющиеся дипломатические отношения, и министры
периодически встречаются в тех или иных форматах. Ещё раз повторяю: не мы
что-либо прекращали, это всё сделала украинская власть. Если они захотят что-то
реанимировать, они вполне способны это сделать – начиная от дипломатических
контактов, контактов по линии Министерства иностранных дел, других ведомств Правительства
и заканчивая какими-то неформальными контактами, если они захотят их
использовать. Это всё на их стороне, что называется, шарик сейчас на их
стороне.

С.Брилёв:
И, как ни парадоксально, глядя на то, как у России развиваются отношения сейчас
с Узбекистаном, по-моему, есть к чему приглядеться на самом деле – в плане
взаимовыгодности сотрудничества.

Д.Медведев:
Безусловно. Если говорить, завершая разговор, о наших отношениях с
Узбекистаном, то у нас всегда были партнёрские отношения. Но в какой-то период
они перестали развиваться, они как бы находились в стагнирующей фазе, потому
что проекты есть, а движения не происходит. А сейчас и Президент Узбекистана, и
Правительство Узбекистана взяли курс на развитие экономических отношений. Мы
этому очень рады. Как нам представляется, это важно и для России, это важно не
в меньшей степени и для Республики Узбекистан, это вообще важно для наших
народов.

С.Брилёв:
Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев:
Спасибо.

Источник: Председатель Правительства Российской Федерации

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован.