Из-под развалин финансовой пирамиды запахло коррупцией…
Общество Совет при Президенте по развитию гражданского общества и правам человека

Из-под развалин финансовой пирамиды запахло коррупцией…

  • Опубликовано 12 Августа 2018
  • 9 просмотров
  • <!—

  • 0 комментариев
  • —>

Итак, история с расследованием и судебным рассмотрением дела о мошенничестве организаторов финансовой пирамиды ООО «Московский Микро Кредит» (или сокращённо «ММК») Разумного и Компании превратилась в фарс и разыгрывается на московской судебной сцене уж в четвёртый раз! Напомню читателям моего блога содержание первых трёх актов этой социально-криминальной драмы, постепенно превратившейся в уголовно-процессуальный фарс. О них я писал в материалах «Под развалинами финансовой пирамиды», » О некоторых проблемах, связанных с рассмотрением дел о финансовых пирамидах в судах общей юрисдикции и арбитражных судах» , «Получат ли потерпевшие свои деньги». Краткое содержание первых трёх процессов.

Ддвое учредителей ООО «ММК» — Владимир Разумный и Гюльнара Каримова-Терешева в 2012 году начали сбор денег с граждан, обещая им щедрые проценты. Поскольку компания работала по принципу финансовой пирамиды, то, в конце концов случилось, то что и должно было случиться. Более 500 вкладчиков, в основном пенсионеров весьма преклонного возраста, оказались обманутыми и общая сумма задолженности перед ними составила более 300 миллионов рублей.

Следователи с самого начала стали «химичить», пытаясь вывести из дела главного организатора и «стратега» этой истории — Гюльнару Каримому-Терешеву. Однако, из-за большого количества потерпевших, заваливших своими жалобы буквально все правоохранительные инстанции, просто прекратить в отношении неё уголовное дело было невозможно: какой-ни какой, а надзор за следствием всё же существовал. Правда, как показывает практика, в основном, он строился на полном доверии и ни руководители следственного подразделения, ни прокуроры лично материалы дела в полном объёме не изучали, а полностью полагаясь на порядочность следователя. Воспользовавшись этим доверием следователем было принято решение о запутывании этого, в общем-то простого дела путём придания ему статуса особо сложного группового дела. Для начала было принято решение создать преступную группу, включив в неё помимо основного исполнителя В.Разумного некоторых работников компании. Надо сказать, что замысел на запутывание возник у следователей не сразу. В одном из первоначальных процессуальных документов, в частности в Постановлении от 30 декабря 2015 года о привлечении в качестве обвиняемой Экзековой В.Г. о составе организованной преступной группы говорилось: «Разумный В.Н. совместно с Трешевой Г.Ш….создали устойчивую преступную группу…в которую …вступили Ступин Д.В., Байрамова Р.Ф., Трешёв Н.К.,Экзекова В.Г., Милашина Г.А. и неустановленные лица…». Далее в постановлении ещё несколько раз употреблялась формулировка о руководящей роли Разумнова и Трешеввой. Первой сдалась администратор Экзекова, которая дала «полный расклад-характеристику» на всех сотрудников компании, признала себя виновной в участии в организованной преступной группе, но при этом почему-то не рассказала ни о том, когда и при каких обстоятельствах и по чьему предложению она стала участницей этой преступной группы, ни о том, как именно и кем похищались деньги и как делилось похищенное. Это странное признание усугубилось тем, что она согласилась на сделку со следствием, пообещав, что расскажет всю правду. Эту сделку утвердила прокуратура. Правда, ничего нового Экзекова сообщить следствию не смогла, но это ни следствие, ни прокурора, ни судью не заинтересовало. Зато выше процитированное постановление с перечислением некоторых реальных участников преступной группы «утонуло» в выделенных на Экзеекову материалах и во всех последующих процессуальных и информационных документах следователи стали утверждать, что Разумный создал из неустановленных лиц организованную преступную группу, которая с целью мошенничества обирала вкладчиков. Так Терешева (Каримова) «исчезла» из сферы интересов следствия. На основании сделки о признании Экзекова она одна была осуждена за участие в групповом преступлении к условной мере наказания. С этого момента в деле явно появился «запах коррупции», но его почему-то не учуял никто из надзирающих чиновников.(Собственно говоря запах коррупции появился в деле о финансовых пирамидах гораздо раньше. Ещё 14 августа 2015 года Разумный направил в отдел УФСБ по Центральному АО г. Москвы заявление, в котором указывал, что оперуполномоченный УВД ЦАО г. Москвы Аникеев Алексей Николаевич ещё в 2014 году просил с него 3 миллиона рублей за защиту от привлечения к уголовной ответственности и получил в разное время от него 615 тысяч рублей. Что стало с этой информацией мне неизвестно.)

Итак, приговор на первого участника «организованной преступной группы» создал определённую преюдицию. Можно было смело формировать преступную группу дальше, списывая все грехи на лиц, в той или иной степени связанных по работе с Разумным, создавая видимость расследования, но фактически не принимая никаких мер к установлению истинных виновников и, самое главное, к розыску «исчезнувших» денег вкладчиков…

Следом за Экзековой в качестве активного участника преступной группы был привлечён ещё один менеджер Д. Ступин. По характеристике, данной ему на следствии Экзековой, он являлся «другом детства Разумнова и поэтому был в курсе всех его дел.» Этого оказалось вполне достаточно для вменения следствием Ступину участия в организованной преступной группе.

Третьей участницей преступной группы была назначена ещё одна сотрудница компании Р. Байрамова. Её Экзекова характеризовала как близкую знакомую Разумного, которой он, по слухам, платил большие деньги. Про деньги следователям ничего доказать не удалось, но Байрамова оказалась настолько «наглой», что посмела жаловаться в прокуратуру на то, как оперативники попросту избили её во время обыска в офисе. Вот её и «назначили» соучастницей, наплевав на то «незначительное» обстоятельство, что в период, когда Разумный и Каримова присваивали деньги вкладчиков Байрамова вообще в компании не работала. Кстати, сами обвиняемые Разумный, Ступин и Байрамова вину свою категорически отрицали.

Итак, «организованная преступная группа» в своём первоначальном приближении официально была сформирована из Разумного, Ступина, Байрмовой и неких мифических неустановленных следствием лиц. Создавая видимость уж очень сложного дела следователи «разрубили» его на части и эту троицу – Разумного, Ступина и Байрамову — направили в суд, присовокупив к ним неких неустановленных следствием лиц, с которыми они якобы и совершали хищение. Вменили им больше 170 эпизодов. При этом следователи как-то умолчали о том, что все сотрудники компании, включая Г. Каримову, которая по показаниям абсолютно всех сотрудников руководила действиями Разумнова и лично забирала деньги из кассы, были установлены следствием. «Не заметили» этого и в прокуратуре, утверждая обвинительное заключение. Это второе дело, по которому проходило всего более 170 человек потерпевших, было рассмотрено судом и точно следуя канве следствия все были призы виновными и осуждены к длительным срокам лишения свободы. Правда, суд всё же был вынужден оправдать Байрамову по большинству вменённых ей эпизодов. При этом ни следствие, ни суд не утруждали себя решением вопроса о возмещении материального ущерба потерпевшим. Это вызвало пока ещё лёгкое брожение среди потерпевших. Но их заверили, что следствие ещё не закончено, что из этого дела выделено третье дело и всё будет решено…

Третье дело ушло в суд всё в том же составе «организованной преступной группы»- Разумный, Ступин и всё та же Байрамова, которой опять вменили в вину эпизоды хищения за тот период, когда она …не работала в компании. На этот раз потерпевших было около 150 человек. Группа внимательных потерпевших смогла увидеть то, что не хотели видеть следователи и судья – они обратили внимание на то, что Байрамова привлечена к уголовной ответственности за хищение денег, во-первых, в период когда она вообще не работала в компании и, во-вторых, что она даже когда работала в компании вообще не прикасалась к деньгам вкладчиков. Вкладчики-потерпевшие устроили настоящий бунт и уже на стадии второго судебного рассмотрения потерпевшие обратились ко мне. Их аргументы показались мне важными и я, получив от адвокатов копии следственных материалов, стал изучать материалы дела. И вот тут я обнаружил один процессуальный документ, который сильно попахивал коррупцией. Речь идёт о постановлении следователя об отказе в привлечении Каримовой к уголовной ответственности на том основании, что в отношении неё следственные действия не проводились и это при том, что все сотрудники компании в один голос утверждали о том, что именно она являлась фактическим хозяином компании и решала все финансовые вопросы.

Судья был настолько любезен, что по ходатайству адвоката Байрамовой согласился выслушать меня в процессе в качестве специалиста. По тому, как он удивился, что я изучил все тома уголовного дела, я понял, что он материалы дела не изучал, а работал «со слуха». Когда же я в суде огласил это странное постановление следователя в отношении Каримовой-Терешевой, то судья, и прокурор явно удивились этому решению следователя в отношении Каримовой, внимательно выслушали мои доводы относительно участия Байрамовой в «организованной преступной группе», но выводы сделали, как и судья в предыдущем процессе – признали всех троих виновными, добавив каждому ещё по нескольку лет. Сработала корпоративная солидарность, опиравшаяся на преюдицию двух предыдущих приговоров.

Апелляционные жалобы Байрамовой и других её «соучастников» судебной коллегией Мосгорсуда, как водится, были оставлены без удовлетворения. А в рассмотрении кассационных жалоб им было вообще отказано. И никто из прокуроров и судей не учуял в столь странном выделении уголовных дел запаха коррупции.

А запах постепенно усиливался. Ещё в день моего выступления в суде, сразу после моего допроса, в коридоре ко мне подошла мать Разумного и довольно зло сказала, что из

её сына сделали преступника, а вот Каримова откупилась, что она передала пять миллионов рублей следователям и прокурорам и уже устала носить им деньги. Вскоре после вынесения этого третьего приговора ( второго в отношении Разумного, Ступина и Байрамовой) мать Разумного умерла и её информация не получила дальнейшего развития. Увы, эта реплика озлобленной женщины в тот момент не могла иметь никакого процессуального значения, но мои высказывания относительно оснований отказа в привлечении к ответственности Каримовой в судебном процессе, а потом и в публикации в блоге, явно не остались незамеченными. И тут возникло уже четвёртое уголовное дело.

Прокуратура и следствие вдруг обнаружили ранее «не установленное следствием» ещё одно лицо — Каримову-Терешеву. Резко было проведено следствие ещё по 147 эпизодам и на этот раз к уголовной ответственности вместе с Разумным была привлечена Каримова. Более того она была взята под стражу. Вот только странности с «организованной преступной группой» продолжались и по этому делу. По новому обвинению Разумному вменили в соучастии с Каримовой и опять-таки с «неустановленными лицами» ещё 147 эпизодов. Правда и здесь не обошлось без лукавства – к этому моменту все администраторы (менеджеры) были уже хорошо известны следователям и в отношении большинства из них были вынесены постановления об отказе в привлечении к уголовной ответственности. И даже по 41 эпизоду по г. Санкт-Петербургу следствию было хорошо известно, что там руководила всем Эзеекова. Она призналась в этом на самом первом допросе. Почему же её, скрыв за термином « неустановленные лица», «не пустили по второму кругу», как сделали это с Байрамовой? Не потому ли, что на втором процессе Экзекова могла «одуматься» и полностью отказаться от своих признательных показаний и тем самым «пустить под откос» всю цепочку состряпанных кое-как уголовных дел? А так у следователей была надежда на то, что и в данном случае «неустановленные лица» помогут спрятать злоупотребления при расследовании.

Таким образом, по сумме судимостей Разумный автоматом становится рецидивистом, а Каримова должна ответить только за одну треть похищенных сумм. Но апофеозом этого, уже четвёртого дела, вдруг стало поступившее Каримовой-Терешевой от судьи предложение срочно признать себя виновной и заключить сделку о признании. В обмен на упрощённый судебный процесс, по поступившей ко мне от потерпевших информации, ей обещали всего 6 лет лишения свободы. Это предложение вызвало уже бурю возмущения у потерпевших по всем четырём делам и ко мне опять пошли потоки информации.

Дошла до меня и информация о том, что Разумный и Тершева-Каримова решили рассказать о том кому и сколько они платили взяток уже в ходе расследования этих уголовных дел. Заявления на эту тему в соответствующие инстанции они уже направили. Коррупционная вонь из-под развалины финансовой пирамиды стала слишком сильной. Не является ли попыткой затормозить проверку этих заявлений внезапное предложение со стороны судьи заключить сделку о признании и обещание значительно снизить срок наказания? Впрочем, первая попытка начать судебный процесс закончилась скандалом потерпевших, которых судебные приставы с применением грубой силы не стали пропускать в зал судебных заседаний. Следующее заседание назначено на 23 августа. Вот и посмотрим, будет ли учтена информация о коррупции или вышестоящая прокуратура вместе с судом опять «не заметят» эту коррупционную вонь.

Социальные комментарии Cackle

Источник: Совет при Президенте по развитию гражданского общества и правам человека

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован.